ДАЕВА. (часть 1.)

Даева. Глава 8>>  
     
                                           Глава 6. 
…Вот так и сходят с ума! У меня в голове был водоворот из событий, мыслей, впечатлений. Палата люкс в дурдоме. Санитар около ауди. Серый кардинал среди душевнобольных. Чье-то постоянное присутствие, ощущение взгляда. "Женихов привели!" и ужасно хочется выпить!
- Это, пожалуй, проще всего, - ответила Маргарита на мою речь.
Поясню. Вернувшись от Юли, которая осталась лежать под присмотром медсестры, в своем кабинете, заведующий высказал все, что обо мне думает. Словно я был причиной всех его неприятностей или, во всяком случае, этого припадка. Я, рассуждая вслух, попытался понять, что же ее испугало, что она опять увидела, но доктор резко оборвал меня.
- Послушайте, вы, наверно, насмотрелись этих, совершенно секретные или как их там? Материалы…
- Хэ-файлы, - подсказал я ему.
- Именно! Хэ! Поймите, галлюцинации - это проявление болезни мозга. А не экстрасенсорные способности. Какая разница, что именно она видит, важно другое…
- Я все понял, Дмитрий, но у меня остались еще вопросы, - я присел на стул и смотрел на него снизу вверх. - Мне необходимо получить информацию еще об одном вашем пациенте. Волгин…
- Хватит! - прервал он меня. - Дорогой мой, к сожалению, у меня больше нет времени заниматься вами.
Он схватил телефонную трубку и, яростно вдавливая кнопки, набрал чей-то номер.
- Маргарита Александровна! У меня к вам личная просьба! Я сейчас пришлю вам одного пациента, простите, человека… нет-нет, не родственник. Он этот, как его, детектив! Да нет, не из милиции!
Вот так и вышло, что я сидел перед молодой симпатичной девушкой, работавшей врачом-ординатором на отделении Дмитрия Юрьевича.
- что вы будете? Есть коньяк, вино…
- Все, что нальете.
Мы находились в ординаторской, которая располагалась этажом ниже кабинета заведующего. Маргарита подошла к стеллажу с книгами и извлекла из глубины вначале бутылку коньяка, а за ней и бутылку кагора.
- А вы не выдавайте мне своих тайн, просто расскажите, что вас волнует, - попросила меня Маргарита.
И так у нее просто и естественно это получилось, что мне сразу стало легче. Я налил ей в кофейную чашку ("для конспирации!") кагора, а себе коньяка. Маргарита была старше Дианы, но младше меня. Обаяние и искренность - вот что привлекало в ней. Хотелось рассказывать не только про свои несчастья. Возникало желание просто разговаривать с ней. О чем угодно. И как можно дольше. Я поймал себя на мысли, что очень хочется попросить номер ее телефона. Пригласить в театр, поужинать, пойти вместе в закрытый клуб. Дарить ей цветы, фотографировать, а затем развесить ее портреты по всему дому. Знакомить с друзьями, просыпаться с ее именем рано утром, ожидать ее прихода в пустой квартире, прислушиваясь к шагам…
Кажется, я увлекся!
Все бы это было возможно, если бы не золотая полоска с парой крошечных бриллиантиков на безымянном пальце.
Не вдаваясь в подробности, я рассказал о деле, которым занимался. Марго (это для друзей) очень заинтересовалась. Затем я спросил ее о Волгине.
- Да, это мой пациент, - немного удивилась она, - поступил недели полторы назад. У него шизофрения с детства… я только не понимаю, какое он имеет отношение к вашему делу?
- А что, шизофреники часто убивают своих матерей? - в свою очередь удивился я.
- Часто. Только причем здесь Волгин?
- Как причем? Он же у вас лежит по этому поводу? - я насторожился.
- У него обычное для такого заболевания осеннее обострение, - спокойно ответила Марго. - В структуре его бреда присутствует мотив убийства матери, но не ярко. Да и не в этот раз…
Я вдохнул побольше воздуха, затем досчитал до 10-ти и медленно выдохнул.
- Вот материалы, собранные одним детективным агентством, - я достал из потайного кармана несколько листков, расправил их и стал выборочно зачитывать, - Волгин Феликс, 22-х лет. Днем такого-то числа, такого-то месяца был на целебных сеансах доктора Зверобоева. Около двух часов дня был госпитализирован в психиатрическую больницу… к вам… галлюцинировал, кричал про некоего Аримана, пока его везли в машине скорой помощи. Все верно?
- Да, так оно и было. Только я про Аримана первый раз слышу. Любопытно, что и эта ваша Юля…
- Точно! - я поднял вверх указательный палец, призывая таким образом собеседницу к тишине. - Идем дальше. Около семи вечера Ф. Волгин, тот же возраст, проживающий на Лени Голенького…
- Где?
- Лени Голикова, совместно с мамой на отдельной жилплощади. Нанес ей тяжелую черепно-мозговую травму, топором. Был схвачен, признан невменяемым и госпитализирован опять же к вам. Ну и?
- Дайте посмотреть, - Марго схватила у меня записи. - Все точно. Только как…? Ничего не понимаю. Это не может быть Феликс, поскольку он находится у нас. И никуда не убегал. Значит, это кто-то другой действовал под его именем.
- А сюда его привезли под чьим именем? - почва вновь уходила у меня из-под ног.
- А вы уверены, что его привезли… погодите, - перебила она сама себя, - он все это время находился здесь, по крайней мере, я каждый день его "смотрю". И если кто-то действовал под его именем, а потом его вообще сюда привезли, то он тоже должен быть в нашей больнице. Так?
Так-то оно так! Только у меня возникло дурацкое предчувствие, что не поддаются происходящие события логическому объяснению.
Но все же я предложил ей пойти взглянуть на Волгина, а потом проверить документацию приемного отделения - кого же привезли в тот же вечер?
Мужской пост вызывал не тревогу и тоску, как женский, а страх. Во всяком случае, у меня. Марго ощущала себя более уверенно. В какой-то момент я решился посмотреть в ее внутренний мир (не часто я себе это позволяю, потому как, есть в этом нечто неприличное. Как подсматривать в замочную скважину.) Быстро настроился на ее волну, и… через мгновение я знал, что Марго не только красивая и обаятельная женщина, но и очень хороший человек. Как я это почувствовал? А словно окунулся в мир из света, тепла, искреннего смеха, негромких мелодий, чего-то очень вкусного, напоминающее яблочный пирог. И еще как будто некая волна прошла сквозь меня, вызывая сексуальное желание.
Наваждение исчезло также быстро, как и появилось.
Сумасшедшие мужчины были замотаны в те же халаты, что и женщины. Только они (мужчины) казались более грязными. Да и пахли сильнее. Что в таком заведении делала Марго, я не понимал.
- А он не буйный? - поинтересовался я у нее про Волгина.
- Уже нет, - усмехнулась она. - К тому же, мы называем таких больных - беспокойными.
Успокоенный Феликс сидел на стуле недалеко от окна. Я бы, скорее всего, не узнал его, но еще до того как его увидел, почувствовал сильную слабость в ногах от внезапного озарения - пациент Марго окажется "Волгой" из Дианиной компании. Да, это был он. Правда, он не слишком походил на того человека, которого я уже видел несколько раз. Лицо - маска, глаза из стекла, словом, манекен и тот выглядит человечнее! Но в тот момент, меня честно говоря, совсем не волновала его внешность. Я тупо твердил про себя, что такого не бывает, подобных совпадений быть не может. А если они есть, то только в кино. Хорошая сцена для сценария!
Маргарита бросила на меня подозрительный взгляд, но видно решила, что у меня шок от психбольницы.
- Как дела? - обратилась она к Феликсу, причем более естественно, чем разговаривал Дмитрий со своими пациентами.
- Как дела, - повторил он, как-то чересчур ровно и безразлично. И добавил, - я подумаю над этим.
Я потянул Марго за рукав, она обернулась, и я тихонько спросил: "можно я его порасспрашиваю? Кажется, я его знаю." Она немного удивилась, но кивнула.
- Ну, конечно!
Встав перед больным, я как можно спокойнее и доброжелательнее стал говорить.
- Феликс, добрый день! Меня зовут Глеб. Вы меня помните? Нас познакомила Диана. Мы были в Интернет-кафе. Помните? (Никакой реакции) Я бы хотел у вас узнать, если, конечно, вам не слишком тяжело об этом вспоминать, что с вами произошло? Как вы сюда попали.
Феликс глянул на меня безо всякого интереса, явно не узнав, и я подумал, что ничего он мне не скажет, но ошибся.
- Здравствуйте, Глеб! Я попал сюда из-за своих интересов.
Мы с Марго переглянулись.
- Каких интересов?
- Я много путешествовал, иногда надолго оставался там… это нельзя. Он вновь замолчал, затем добавил.
- Путешествия сознания самые увлекательные. У меня была своя страна. Мама очень огорчается, если я туда уходил. Нельзя.
Я пожал плечами, а Марго пояснила:
- Это называется аутизм. Человек погружается в свой внутренний мир, остается там и может забыть про реальность. Он рассказал вам, как попал в больницу первый раз. - И обращаясь к Феликсу, спросила, - а как вы попали к нам в последний раз?
- Мама сказала мне сходить к доктору на концерт…
- Зверобоеву? - уточнил я.
- Да. Я пошел на концерт. Но там на меня напали. Вернее, мне так показалось, что на меня напали.
Он был словно в каком-то трансе. А! Это же действие лекарств. "Нейролептики, антидепрессанты", - сказала Марго.
- а кто на вас напал? - продолжил я.
- у меня нет полной уверенности, что напали на меня…
На этом его откровения закончились. Мы расспрашивали и так и эдак - никаких реакций. А на вопрос об Аримане, Феликс произнес следующую околесицу - тайна у дурака на кончике языка!
- А где сейчас ваша мама? - сменила тему Марго.
- Не приходила, - равнодушно ответил Феликс.
- А когда вы ее видели последний раз? - подхватил я.
- Последний раз я ее не видел.
- Феликс, а у вас есть братья? - спросил я без задней мысли. Но этот казалось безобидный вопрос, непонятным образом подействовал на больного. Он поднял голову, уставился на меня широко раскрытыми глазами и я уже испугался, что он, как и Юля забьется в припадке!
- Почти у всех есть братья, - заговорил он, - не все знают об этом. Брат может быть по группе крови, по генотипу, молочные братья - это люди не связанные никак, кроме поглощения белковой субстанции. Братья по духу - это самые близкие между собой люди, у них совпадает код души… Так говорил Амон…
- Это ты узнал в своей стране? - поинтересовалась Марго.
- Многие были в моей стране, - пространно ответил Феликс.
На этом он иссяк. Марго утверждала, что у него нет ни сестер, ни братьев и предложила позвонить ему домой. Идея не увенчалась успехом - никто не брал трубку. Также непонятной была история с госпитализацией лжефеликса после возможного убийства его матери. В приемном покое, в журнале поступлений, мы не обнаружили ни в тот день, ни в следующий никаких данных о Волгине. За сутки в больницу поступило 18 человек. Из них - 10 мужчин. Но все по другому поводу. Никто из них маму не убивал. Такая вот, чертовщина. Я в свою очередь рассказал Маргарите, откуда знаю Феликса, а затем позвонил Борису. Во-первых, отчитался, а во-вторых, потребовал расследования инцидента. Действительно ли убита мать Волгина. Кто ее мог убить. Кто поймал Феликса, кто вез его в психушку и так далее. Борис не понял, какая связь между убийством женщины и расследуемым нами делом, но спорить не стал, и пообещал узнать все в кратчайшие сроки.
Далее в моей программе был морг. Веду насыщенную жизнь. Я попробовал, было уговорить Марго уйти с работы пораньше и перекусить в кафе, но она мягко ответила, что уйти раньше не может - много работы. А вечером они с мужем идут в гости. Сэ ля ви!
И мы лишь обменялись телефонами.

Я стоял посреди дороги, ведущей к выходу из дома скорби. Дождь так и моросил. Ветер пытался содрать последние листья со старых тополей. Серые низкие тучи были кое-где разорваны, и в образовавшихся дырах угадывались участки синего неба. Отчего-то стало невыносимо грустно.
Наверно, в больнице был час посещений - мимо меня проходили родственники больных. Точнее, родственницы. Я заметил лишь одного мужчину в немногочисленном потоке посетительниц. Они были разных возрастов, но все какие-то одинаковые - в одежде, с чуть сутулыми фигурами. Может, конечно, они от ветра прятались?
Они шли мне навстречу, а я стоял один на этой дороге и не понимал, что со мной творится…
Пока не возникло уже до боли знакомое чувство - кто-то смотрел на меня. Сверлил взглядом мой затылок. Я стиснул зубы и со злостью в полголоса произнес ругательство. Поворачиваться я не собирался. "Всё. Надоело. Все эти комплексы и неврастения".
Я решительно зашагал вперед. "Плевать я хотел на все эти ощущения! Меня не касается…"
И тут я непроизвольно подпрыгнул и вскрикнул, вызвав беспокойство у идущих мимо родственниц. Я развернулся на 180 градусов. Во рту у меня пересохло, а внутри образовалась пустота. За мной никого не было. Но я отчетливо слышал, как кто-то у меня за спиной произнес: "ты прикоснулся! Берегись!"
Даева. Глава 8>>
© 2003-2014 Иван Шевченко