ДАЕВА. (часть 1.)

Даева. Глава 2>>  
     
Эту историю мне рассказал непосредственный участник событий Глеб Петербургский. Мы познакомились, когда он проходил курс лечения у моей жены Маргариты. Собственно, он сам и предложил описать то, что с ним случилось. Что я и сделал. С разрешения Глеба книга написана от первого лица.
В.Строганов
                                           Глава 1. 
Окружающая обстановка была весьма мрачной! Одно багрово красное небо чего стоило. Да музыка усиливала депрессивное впечатление. Заунывная такая. Был бы я на месте главного героя, непременно бы впал в тоску. А он нет, бегает себе по сумрачным улицам виртуального города, и горя не знает. Ах, простите, это она! Героиня. Не разглядел. Просто Диана "играет девушкой". Подтянутая, с короткой стрижкой, причем волосы - фиолетовые, а одета в комбинезон какой-то. (Я про персонаж компьютерной игрушки!) Вот встретилась с монстром. Длинноруким, ужасным, злобным. И, конечно, агрессивным. У меня, кстати, был сосед на старой квартире, точная копия монстра! Может, это с него рисовали? А Дианина героиня бросается на этот ходячий ужас и давай его "мочить". Вначале из пистолета, потом, когда патроны кончились, руками. Тут мне стало жалко монстра. Кончилось тем, что она просто убила его. И побежала дальше. Потрясающе интересно! Говоря современным языком - круто и клёво! Хотя графика красивая, не отнимешь! Впрочем, бегала она не долго. Встретив на какой-то безлюдной площади человека, она не стала его ни бить, ни убивать, что и явилось ее ошибкой. Тот сам накинулся на девушку и … игра окончена! Game over!
…мы сидели в одном клубе в компании Дианиных друзей, пили пиво, и разговаривали. То есть они вели оживленную дискуссию, а я изредка вставлял слово. Темой для беседы являлись компьютерные игры, точнее одна игра, какая-то совсем новая, необычная и неизвестная. Не скажу, что совершенно не интересуюсь компьютерными играми, но уж фанатом или маньяком, как Диана и ее сподвижники, не являюсь, это точно. Вообще, интересы у нас с ней, да и взгляды на жизнь довольно сильно различаются. Как иногда говорит Диана "мы как кура и шпрота - не коннектимся!" Сказывается разница в возрасте - Диана младше меня на 12 лет. И эта разница частенько дает о себе знать. Не один раз то я, то Диана пытались прекратить наши отношения, но через неделю-другую, мы были опять вместе. И приятели у нас разные, что, впрочем, не мешало нам всем общаться. Итак, обсуждалась очередная игрушка.
- я сама не видела, - говорила Диана, обводя широко раскрытыми глазами сидящих рядом двух молодых людей и одну девушку, - но приятель Глеба (кивок в мою сторону) врать не будет! Это что-то вроде "Демона". Только более навороченная…
- да я лично держал диск в руках! - перебил ее один из молодых людей. Он был худой, высокий и в очках. Пиво он потреблял со скоростью 2 литров в час, а звали его Лешей. (Кажется!) - Никакой это не демон, ничего похожего! Но установить его я не смог, почему - не знаю.
- А я тебе скажу, - сказала девушка Настя, ей, как и Диане, 22 года, но внешне она - полная ее противоположность. Невысокого роста, затянутая в кожаные одежды, большое количество пирсинга во всевозможных местах, - скажу, почему игрушку не установить. Во-первых, это сетевая игра, и диск тут не причем. Во-вторых…
- Ничего вы не знаете! - вмешался второй молодой человек. Звали его Андрей, внешности самой обыкновенной, возраст тот же. - Вот мне один чел рассказывал. Это игра следующего поколения. Она индивидуально подобранная, и от этого просто чумовая. Каждую версию создают под конкретного человека. Вначале обследуют его, биотоки мозга снимают, еще чего-то там, я не помню. А потом делают под этого человека игрушку. Дают ему диск, который он устанавливает на своем компе, а после этого выходит в сеть! Причем, если кто-то другой возьмет этот диск и попытается его поставить, ничего не получится. То есть установить он может, но эффекта не будет. И взломать невозможно, точнее, бессмысленно - конкретная программа под конкретного человека. Но, говорят, что улет полный. Полное ощущение реальности.
- Фигня! - отреагировал Леша, - по-моему, просто байда. А вообще, надо у Волги спросить. Кстати, где он?
- В дурдоме, - усмехнулся Андрей, - так сказать, доигрался!
И они с Лешей засмеялись.
- ничего смешного, - накинулась на них Диана, - на себя посмотрите! Он, правда, опять в психушке?
- Не знаю, - пожал плечами Андрей, - сотовый не берет, городской тоже, скорее всего, загремел в дурку.
"Волга" тоже был из их компании, я пару раз видел его, очень своеобразный молодой человек, скорее всего, у него была шизофрения. Что, впрочем, не мешало ему быть компьютерным фанатом. То есть фанатом виртуальной реальности.
Тут у меня зазвонил телефон, и я отвлекся от содержательной беседы. Звонил мне Борис Лукин, начальник отдела безопасности одной крупной фирмы. И в течение двух минут просил, приказывал, убеждал, уговаривал приехать к нему тот час же. Дело не терпит отлагательств. Я не то, чтобы обрадовался, но вздохнул с облегчением. Мы уже третий вечер проводили с Дианиными друзьями, и мне захотелось сменить обстановку. Я извинился перед честной компанией и был таков, пообещав Диане отзвониться, как освобожусь.
Был вечер, дождливый, ветреный и неуютный, как все осенние вечера в нашем городе, проросшем на болоте. Но я решил прогуляться пешком, поскольку новый офис, где базировался мой знакомый и работодатель, был совсем недалеко. Особенно если идти дворами…
В соединенных между собой "колодцах" через подворотни носился ноябрьский ветер, налетая порывами на редких прохожих, на припозднившихся бомжей с разнокалиберными катулями с ближайшей помойки. Заставлял скулить бездомных собак и в поисках тепла прятаться в раскрытых настежь парадных. Заваливал обрывками предвыборных газет и агитационных листовок норы крыс, хозяев затопленных подвалов.
Одна из них высунулась из трещины в асфальте и уставилась на меня своими черными бусинками, недовольно подергивая кончиком носа. Она была хорошо видна в ярком свете из окна первого этажа, расположенного низко, почти у самой земли. Рядом с ней валялся рекламный буклетик с портретом будущего губернатора. Кто-то черным маркером пририсовал ему рожки, отчего он стал похож на демона. И смотрел перед собой уверенным целеустремленным взглядом. В поле его зрения была крыса, а за ней - водосточная труба…
Идя Петербургом Достоевского, я вышел к одноименному памятнику. Федор Михалыч сидел, отрешенно смотря на двух алкашей, расположившихся у его ног. Перед ними было три граненых стакана и бутылка "Столичной". Интересно, третий стакан для изваяния? Все-таки защитник всех униженных и оскорбленных. Я вспомнил, как Федор Михалыч выбирал себе квартиры для проживания. Угловой дом, фонарь, церковь… что-то в этом духе.
Наконец, я оказался в фешенебельной части центрального района. Яркие фонари, пульсирующая реклама, потоки машин. И прочие атрибуты парадной жизни провинциальной столицы.
Трехэтажный особнячок, только что после реконструкции. Рядом новый бизнес-центр. Подземная парковка. По этим незначительным приметам, как настоящий детектив, я сделал вывод - дела у фирмы, где Борис ведает безопасностью и охраной, процветают.
Молодой охранник… (конечно, в костюме! Не в камуфляже же ему восседать в 50-ти метровом холле, отделанным полированным мрамором черных и серых тонов). Так вот, он рассмотрел меня, пока я подходил к зданию, затем когда проникал сквозь прозрачные двери. И оценив мой статус, а также учитывая поздний час (работа офиса давно закончена), - он, не поднимаясь из кресла, поинтересовался целью моего визита. (Двери открылись только после пароля "сим-сим", который я произнес в переговорное устройство.)
- Доложите обо мне Борису Андреевичу. Глеб Петербургский. Он меня ждет.
Молодец не спеша, с достоинством английской королевы, как если бы ее попросили подежурить швейцаром на входе и она бы вдруг согласилась; снял трубку телефона и нажал на кнопку.
- Борис Андреевич (Тоном, каким вассал обращается к королю), тут человек пришел… (извиняющимся голосом и чуть пренебрежительно. Так верные подчиненные дают понять своему боссу, что посетитель не заслуживает особого внимания.) Называет себя Глебом Петербуржским… (Наверно решил, что это у меня погоняло такое. Ну, типа, клички. Никола Питерский.)
М-да. не видать ему повышения. Или я плохо знаю Бориса.
Нерадивый консьерж выслушал короткие указания начальства, расплылся в улыбке, подскочил, словно его ужалили в зад, и повел меня пустынными коридорами, где стены увешаны зеркалами и картинами, и мраморными лестницами с пестрыми коврами, на последний этаж.
Кабинет шефа отдела безопасности… попросту говоря, охранки… впечатлял. Вдохновлял. Вызывал зависть или иные чувства. Но не коим образом не соответствовал ни личности хозяина, ни характеру его деятельности. Венецианская штукатурка. Люстра, которая украсит кабинет пожилого банкира или отошедшего от дел антиквара. А за письменный стол, на котором скакал по скале Медный всадник, любой модный писатель отдал бы свои лучшие книги. Да, еще и бабочки в коробках. Тоже мне, Церетели.
- Я же просил - как можно быстрее! - выскочил на середину комнаты Борис и на ходу пожал мне руку.
Борис постарше меня. Повыше, поплотнее, поувереннее, побогаче, поумнее… и еще много "по". Хотя и на мои 180 эс эм, приходится 88 кэгэ.
- Научи своих работников правильно говорить. А то меня скоро будут путать с Ксенией Петербуржской. И пошли их на курсы общения, - сказал я ему в качестве приветствия.
Через неприметную дверцу Борис провел меня в соседнее помещение.
Как выяснилось, это и был настоящий рабочий кабинет. Полки, стеллажи, два стола, компьютеры, книги, урны для мусора, уничтожители бумаг, папки, пепельницы с окурками, пепельницы без окурков, холодильник и… Это, пожалуй, было оригинально даже для более экстравагантного человека чем Борис, а он им и не был. На столике, рядом с большим термосом, в банке из толстого стекла, в чуть мутноватой жидкости плавали мозги. Наверно, человеческие. Серого неаппетитного цвета, немного надрезанные сверху, так, что извилины были видны как снаружи так и изнутри. И черно-бордовым пятном, с 50-ти копеечную монету, в глубине.
Я понял, что Борис ждет от меня какой-нибудь реакции на свои трофеи, и произнес:
- Формалин залить надо свежий, а то муть сплошная…
Борис развел руками.
- Знаешь, Глеб, я всегда поражаюсь твоей невозмутимости и оригинальности. Отчасти, поэтому я с тобой и работаю. И сейчас позвал…
- Да, мне это часто говорили, когда я на режиссерском учился. А что, твои "бандерасы" не смогли извлечь информацию из клиента, так ты меня пригласил? Тут патанатом скорее нужен…
- Тебе не режиссерский, а клоунаду надо было заканчивать. А бандитов-то уж нет давно. Забыть пора. Ладно, давай к делу. Кофе хочешь?
Я предпочел чай.
С Борисом мы были знакомы без малого лет десять. И из них около пяти работали вместе. Точнее, я работал на него в качестве частного детектива. Симбиоз, позволявший мне не умереть с голоду, поскольку платила фирма и платила хорошо. Знакомства с людьми, как говорится, соответствующего уровня и возможностей. Я же, в свою очередь, был для Бори не только надежным работником. Он верил в мою интуицию. Седьмое или восьмое чувство. И ценил это. В его распоряжении были профессионалы высокого класса, но в ряде случаев, требовались иные качества, и тогда он обращался ко мне.
Для окружающих Борис был веселым, энергичным, надежным человеком, а как начальник - грозный, но справедливый. Я же знал его как мрачноватого интроверта, погруженного в свои детские воспоминания. Способного на дружеские отношения, но сохраняющего при этом дистанцию. С не всегда понятной мотивацией поступков, странными симпатиями и пристрастиями… Но, талантливого и умного человека.
- Знаешь ли ты, кто такой Козарновский? - с места в карьер рванул Борис.
Я пожал плечами.
- Может, и знаю, но вспомнить не могу. А что?
Борис промолчал. Он смотрел на меня, не мигая, слегка подавшись вперед, при этом нервно барабанил пальцами по столу. Я отхлебывал чай, и размышлял, что настолько встревоженным его видел один-два раза. Без его обычных вступлений, расспросов, улыбки и дежурных шуточек. И, то ли погода на меня так подействовала, то ли еще что, но я почувствовал какую-то смутную тревогу, необъяснимую, нечеткую, с оттенком страха. Так мышь, наверное, чувствует приближение землетрясения. Или зверь ощущает присутствие охотника. Еще не чует его носом, а каким-то седьмым-восьмым чувством. Или раковый больной, пока не знающий о своем диагнозе, впадает в депрессию…
- А такие фамилии как ….- и он перечислил более-менее знакомых мне людей. Одних я знал лично, о других понаслышке. Там были и из совета директоров его фирмы. И из структур власти. И известные бизнесмены.
- И что? - поинтересовался я.
- А то. Это люди богатые и известные. Но они лишь пешки. Марионетки. В крайнем случае, вальты и дамы. Но не короли и не тузы, - неожиданно перешел он на карточную терминологию. Прямо как в свое время американцы в Ираке. - Или, скажем, все знают Абрамовича. Но мало кто слышал о Козарновском. Почему? Потому, что он сам этого не хочет. Ему это не нужно.
- Но ты знаешь? - усмехнулся я.
- Я знаю, - серьезно кивнул он. - Поскольку реальным владельцем нашей фирмы, я бы сказал концерна, является он. Теперь понимаешь, что это за фигура?
- Карта, - поправил я.
- Что? А, да, пусть карта. Это очень серьезная карта. Это король. Может и не козырной, но король.
Я тут же представил себе, как парочка великанов играет в карты, в подкидного. И такие они огромные, что головы их скрыты за облаками. А в руках по несколько карт. С одной стороны портрет человека со всеми его регалиями. А на "рубашке" вся его жизнь, заключенная в недвижимости, бумагах, семьях, друзьях, машинах. И в любой момент, казалось бы устойчивые и незыблемые конструкции их жизней, могут полететь в тартарары. Так, один из игравших "пошел" валетом, и второму пришлось отбиваться козырным тузом. Что наша жизнь? Игры великанов.
- Не отвлекайся, - сказал Борис и протянул мне папку набитую какими-то бумагами и стянутую толстой резинкой.
Я рефлекторно потянулся за ней, но Борис положил ее себе на колени и для верности придавил ладонями. Папка была черная, а резинка красная.
- Ты видишь, в каком я состоянии? - неожиданно спросил он с каким-то надрывом.
Я не стал делать предположения, что это его внутреннее "я" выползало наружу через брешь в броне, которая образовалась от удара извне. Мешки под глазами, опущенные уголки рта. И взгляд какой-то растерянный. Так, наверно, бы выглядел герой очередной компьютерной игрушки, которую придумала Диана, попавший в наш реальный мир. (А реальный ли он?) Вместо этого я поинтересовался:
- Семейные проблемы? Как Наташа?
Борис распрямился.
- Нет. То есть с Натальей проблемы есть. Но в данном случае проблемы на работе. Теперь объясни, как догадался про жену. - Борис заговорил обычным тоном. Сильного и уверенного человека.
- Не знаю. Ткнул, так сказать, пальцем в небо. И книжка валяется, как кто-то забыл. Ты же такие не читаешь?
Борис бросил взгляд на лежащую на небольшом диванчике книжку в твердом неярком переплете. Как кружева на дамском платочке, смотрелась фамилия автора. "Дьявол и сеньорита Прим"
- Все так, - усмехнулся Борис, - но моя семейная жизнь, также как и литературные пристрастия моей любовницы, тут не причем. Можешь не забивать голову. Давай к делу?
- Давай, - согласился я, - я только все спросить у тебя хотел…
- Это срочно? - перебил меня Борис и продолжил, - в этой папке вся нужная для тебя информация. Можешь забрать ее с собой, но сам понимаешь… все строго конфиденциально!
- Ты все по старинке, на бумаге. Мог бы на диск или на…
- На бумаге, оно надежнее. Значит так, десять дней назад у Козарновского похитили жену и дочь. Дочь нашли через двое суток в дурдоме. Со съехавшей крышей. А жену - через трое. В морге. Извини за циничную шутку, со вскрытой крышей.
Я приподнял бровь. Такие остроты были у него не в ходу. Истерика, что ли?
- Учитывая, кто он такой, этим делом занимаются и менты, и ФСБ, ну и мы, конечно. Да еще и… в общем, много народу. Даже подозреваемый есть. Уже сознался во всем…
- Так, а я тогда зачем…
- Ты слушай, слушай. Может, его даже осудят, не знаю. Только, ты сам понимаешь, можно и виновного найти, и показания снять, и судилище устроить. Однако, я на докладе у "главного" его вины не признал. А значит, нужно искать дальше. Все дело более чем странное. Если за десять дней столько народу не выяснило, что же произошло. Все подробности здесь, - он постучал указательным пальцем по папке.
- Ты думаешь, что если вы не смогли, то я…
- Ты слушай! Этим делом тебе и не придется заниматься. Ты мне нужен для другого. И очень надеюсь, что ты мне поможешь!
Борис отложил эту папку и взял со стола другую. Тоже черную. Вытащил из нее листок, исписанный мелким почерком и, пробегая глазами, стал зачитывать.
- Здесь перечень происшествий. Ну, к примеру: три убийства в одном доме. Тихий алкоголик замочил своего соседа по площадке, затем неизвестного мужчину, случайно оказавшегося неподалеку. И женщину, соседку сверху. Да, еще собаку. Здорового кавказца. Орудие убийства - нож. После чего у этого алкаша развился судорожный приступ, он был госпитализирован в больницу, откуда сбежал. Потом, на сеансе какого-то доктора Зверобоева присутствовало около 150 человек. У двоих(!) начались галлюцинации… написано "реактивный психоз"… один выпрыгнул из зала через окно, разбившись насмерть. Другая, молодая женщина открыла огонь из пистолета. Несколько человек ранены. Дальше. Некто Волгин, 22 лет, нанес своей матери несколько ударов топором. С тяжелой черепно-мозговой травмой она была доставлена в больницу, где и скончалась, не приходя в сознание. Был признан невменяемым, помещен в психиатрическую больницу. И так далее. Множественные помешательства. Убийства, по большей части, бытовые. Немотивированные. Автомобильные аварии. И немеренно самоубийств. Ну как?
- А что здесь удивительного? - не понял я. - Многомиллионный мегаполис в условиях российской действительности.
- А то, что это произошло за сутки. Точнее, за 36 часов. Здесь целый список.
- Все равно, я не понимаю, что тебя удивляет. Это же происходит каждый день в любом городе. Сходят с ума, убивают, попадают в аварии и пробки. Умирают в больницах и дома…
- Кстати, количество смертей в стационарах города превысило в этот день в 1,5 раза средний уровень. - Вставил Борис. - Согласен, это происходит каждый день. Но не в таком количестве. А в три раза меньше. Вот графики. Можешь взглянуть.
Он открыл ноутбук, раскрыл документ, озаглавленный по-английски. И стал демонстрировать мне жизнь города в виде математической модели.
Честно говоря, у меня всегда было плохо с геометрией, я покосился на синие холмы над осью горизонта и на возвышающуюся красную вершину, символизировавшую странную активность человеческой популяции…
- Может, в тот день полнолуние было? - я не разделял тревоги Бориса. Наверняка подобные вспышки случаются. И не один раз. - Тебе надо астронома или астролога нанять, а не меня.
Я потянулся. У Бори явно проблемы. Делает из мухи слона.
- Нет, - тихо ответил он, - луна была новая…
И тут у меня вновь возникло какое-то неприятное ощущение. Как после дурного сна. Протопатическая тревога, кажется, так называется тревога, возникшая не по причине внешних обстоятельств, а изнутри.
Представить себе, что Борис проверял фазы луны, звонил какому-нибудь астрологу или пытался поймать бестелесную тень, - я не мог. Значит, дело действительно необычное. Значит он, действительно обеспокоен, встревожен, а может быть и близок к истерике.
Понятно, что жена и дочь Козарновского пропали именно в этот день. Но сомнительно, чтобы идея Бориса - расследовать не это преступление, а найти связь между ним и тем, что произошло в этот день - была разумной.
- Поэтому я и вызвал тебя, - продолжал он. - Здесь… не смотри на меня, как на ненормального… нужен не разум и логика, а твое чертово седьмое или восьмое чувство…
- Почему чертово? - обиделся я, - может оно …
- Хорошо, пусть оно тебе досталось от Господа Бога. Я могу на тебя рассчитывать? Поскольку больше мне не к кому обратиться.
Даева. Глава 2>>
© 2003-2014 Иван Шевченко